На прошлой неделе в Барселоне, во время этапа Формулы-1 сезона 2026, Исак Хаджар попал в аварию уже на второй день своей работы в статусе пилота Red Bull. Сам по себе инцидент неприятный, но куда интереснее то, какую реакцию он вызвал внутри команды — и как сильно она отличается от того, к чему все привыкли в прежние годы.
Параллель с Гасли: трасса та же, а атмосфера — другая
Ситуация невольно напомнила историю Пьера Гасли: в 2019 году на этой же трассе во время предсезонных тестов он допустил ошибку, которая, по мнению многих, стала для него психологическим переломом, от которого он так и не оправился. Однако нынешний Red Bull — уже не тот, что раньше.
После ухода Кристиана Хорнера и Хельмута Марко в прошлом году вокруг команды было много разговоров: мол, она стала «более корпоративной». Теперь Red Bull выглядит не как шумная, импульсивная структура с внутренними бурями, а как современная гоночная организация, тесно связанная с большой корпорацией — по стилю ближе к Mercedes, чем к прежнему «организованному хаосу».
Как бы это выглядело раньше
Если бы подобное произошло в прошлые сезоны, многие ожидали бы привычного сценария: резкие публичные оценки, комментарии «без купюр» и давление на пилота, который оступился. В такой логике авария Хаджара могла бы быть подана как «большая ошибка, испортившая многообещающее начало», да еще и в момент, когда запасных частей не хватает, а потенциал новой машины до конца не понятен, пока за руль не сядет Макс.
И это не теория: в последние годы публичные высказывания Марко нередко делали ситуацию тяжелее — особенно для вторых пилотов команды, от Гасли до Юки Цуноды.
Что произошло на этот раз: тишина вместо разборок
На этой неделе картина оказалась противоположной. Никто не «выходил из строя», никто не пытался устроить публичную порку, никто не стал давить на Хаджара из-за одной ошибки, случившейся еще до того, как он успел по-настоящему освоиться в кокпите RB22.
На фоне сообщений о том, что команда ждет прибытия запчастей, Red Bull просто сообщил, что не будет выезжать на трассу в среду, затем пропустил и четверг, а вернулся к работе лишь в последнее утро — без лишнего шума, но с заметным акцентом на собранность.
Ключевые признаки «нового Red Bull»
- больше сдержанности в публичных оценках;
- меньше внутренней суеты и демонстративных эмоций;
- единая линия коммуникации без критики пилота на публике;
- упор на восстановление техники и плановую работу.
Что говорили участники: акцент на работе, а не на поиске виноватых
Макс Ферстаппен: круги важнее громких заявлений
Ферстаппен отметил, что ему было приятно вернуться на трассу. В первое утро он проехал немного из-за погоды, зато пятница получилась продуктивной: команда намотала много кругов, собрала данные и поняла, что впереди еще большой объем исследований.
Отдельно Макс подчеркнул, сколько усилий было вложено в силовой агрегат за последние годы, и что в гараже чувствовалось особое воодушевление. При этом он дал понять: система сложная, ее нужно «правильно усвоить», а значит до Бахрейна предстоит много работы. План простой — ехать как можно больше кругов и пробовать как можно больше вариантов настроек.
Исак Хаджар: продуктивный понедельник и ошибка во вторник
Хаджар назвал понедельник хорошим и результативным: кругов получилось больше, чем ожидали, а день прошел почти без проблем — что особенно впечатляет, учитывая, что это был первый день с собственным силовым агрегатом.
Во вторник все пошло сложнее. По словам пилота, после перехода с мокрой трассы на промежуточные шины он потерял контроль над машиной в последнем повороте. Он признал, что последствия для команды были «не идеальными», но отметил и позитив: он уже начал лучше понимать, что происходит с машиной, и работать с этим.
Также Хаджар описал впечатления от техники нового поколения. По его ощущениям, эти автомобили:
- в целом дают меньшую нагрузку;
- ведут себя более предсказуемо, чем предыдущее поколение;
- кажутся «проще» в обращении;
- оставляют пилоту больше возможностей с точки зрения безопасности и контроля.
Он добавил, что подготовка к сезону у него получилась максимально качественной, но обучение продолжается каждый день.
Лоран Мекис: исторический момент, тяжелые ночи и возвращение RB22
Мекис подчеркнул, что команда понимала значимость момента: впервые оказаться на трассе с RB22 и собственным двигателем. Поэтому в понедельник в гараже была особая атмосфера. Он отдельно поблагодарил всех, кто работал в Милтон-Кинсе — и по шасси, и по силовой установке, назвав выезд машины «историческим».
По его словам, в понедельник с Хаджаром проехали более ста кругов, и день получился позитивным. Во вторник стало сложнее: Макс работал утром и успел выполнить только одну длинную серию до дождя. Команда решила, что будет полезно получить опыт на мокрой трассе на машинах нового поколения. Во второй половине дня за руль сел Хаджар, но шансов на сухую резину не было — тем не менее на мокром покрытии удалось собрать неплохие данные.
Сход Хаджара в конце дня Мекис назвал досадным, но подчеркнул: такие вещи случаются, тем более в сложных условиях. Он отдельно отметил объем кругов, который проехал Исак, и знания, которые получила команда.
Далее началась работа «на износ»: несколько долгих ночей, чтобы вернуть RB22 в строй к пятнице. В итоге в третий день Макс провел за рулем весь день и тоже проехал более 100 кругов, давая важную обратную связь по мере знакомства с новой машиной и конструкцией.
Мекис добавил, что Ford присутствовал на трассе и видел, как проект воплощается в жизнь, и он благодарен за участие и поддержку. При этом он подчеркнул: это только старт, идеала нет, но команда уже учится и действует как единое целое — шаг за шагом, понимая масштаб предстоящего пути.
Итог: меньше шума — больше дисциплины
История с аварией Хаджара могла стать поводом для публичной нервозности и давления на новичка. Но вместо этого Red Bull продемонстрировал новую модель поведения: тишина, собранность, ожидание запчастей, восстановление машины и возвращение к работе без лишних слов (источник: planetf1.com).
Что в этой истории выглядит главным
- авария произошла рано — на второй день работы Хаджара в роли пилота Red Bull;
- команда не стала раздувать проблему публично и не критиковала пилота;
- работа была выстроена вокруг кругов, данных и восстановления техники;
- Ферстаппен и руководство подчеркнули: впереди много задач до Бахрейна, и все решается методично.
